Новости    Библиотека    Энциклопедия    Биографии    Ссылки    Карта сайта    О сайте


предыдущая главасодержаниеследующая глава

Введение

Прошло более пятнадцати лет с момента выхода в свет второго издания данной книги. За эти годы в жизни общества, в развитии науки произошли выдающиеся события, принесшие новые свидетельства торжества марксистско-ленинской теории. Претворяя в жизнь марксистско-ленинское учение, советские люди внесли новый весомый вклад в дальнейшее совершенствование социализма.

Вся жизнь и деятельность советского народа определяются ныне решениями XXVII съезда КПСС, в которых на основе ленинских идей определена стратегия борьбы за ускорение социально-экономического развития нашей страны, борьбы за мир и прогресс. Партийный съезд внес свой творческий вклад в теорию марксизма-ленинизма, показал, что ее действенность - в постоянном обобщении и диалектическом осмыслении новых фактов, событий и практического опыта.

Решение всех задач, поставленных XXVII съездом КПСС, связано с необходимостью выработки в современных внутренних и международных условиях нового образа мышления, связано с отказом от сложившихся стереотипов мышления и практики, с формированием ясного понимания своей роли и места в этом процессе. Человек, его сознание, человеческий фактор - решающая и определяющая сила в ускорении социально-экономического развития нашего общества. Сегодня мыслить, действовать по-новому - это значит мыслить и действовать по-ленински, опираясь на марксистско-ленинскую методологию.

В Программе КПСС записано: "Принципиальной, выверенной основой естественнонаучного и социального познания была и остается диалектико-материалистическая методология. Ее нужно и дальше творчески развивать, умело применять в исследовательской работе и общественной практике" (3, 167)1.

1 (В скобках первое число означает порядковый номер источника в списке литературы, который помещен в конце книги; последнее число - страницу; стоящая перед ним цифра указывает номер тома. В случае нескольких источников соответствующие им числа разделены точкой с запятой.-Ред.)

Это программное положение требует от каждого советского человека дальнейшего овладения диалектико-материалистической методологией, выработки навыков применения ее при проведении конкретного анализа конкретной ситуации.

Следует помнить слова Ф. Энгельса: "...материалистический метод превращается в свою противоположность, когда им пользуются не как руководящей нитью при ... исследовании, а как готовым шаблоном, по которому кроят и перекраивают ... факты" (1, 37, 351).

Чтобы этого не случилось, необходимо непрерывно совершенствовать свои знания, усваивать опыт классиков марксизма-ленинизма в проведении анализа объективной действительности на основе созданной ими методологии диалектического материализма1.

1 (В данной работе термин "диалектический материализм" употребляется как синоним термина "философия марксизма-ленинизма" (который включает в себя диалектический и исторический материализм).)

В философской литературе имеется ряд определений понятия "методология". Можно воспользоваться одним из них, а именно: методология - это учение о методах познания и преобразования действительности, применение принципов мировоззрения к процессу познания, к практике, к духовному творчеству вообще.

Марксистско-ленинская философия является универсальной научной методологией, поскольку она изучает наиболее общие законы развития природы, общества и мышления, выступает в качестве орудия не только познания, но и революционного преобразования мира в соответствии с его познанными законами.

Методологическая роль марксистско-ленинской философии заключается в том, что она ориентирует исследования на раскрытие объективной диалектики, выражая ее в законах и категориях диалектики субъективной.

Известно, что В. И. Ленин в самые сложные периоды революционной деятельности (после поражения революции 1905-1907 годов, в канун и в ходе первой мировой войны, в период подготовки и осуществления пролетарской революции) усиленно занимался философией, и прежде всего диалектикой как наукой.

"Философией,- писала Н. К. Крупская, - Ильич занимался не потому, что это "очень интересная дисциплина", а потому, что в философии Ленин искал руководства к действию. Он нашел его в диалектическом материализме, который вооружил его уменьем чрезвычайно глубоко изучать явления, находить пути организованного влияния на эти явления, диалектический метод вооружил его необычной дальнозоркостью, устойчивостью во взглядах, уменьем, как говорится, "брать быка за рога", выявлять самое существенное, важное в каждом вопросе" (63).

В. И. Ленин видел задачу философии диалектического материализма в том, чтобы дальнейшим творческим развитием самой философии на основе новых достижений науки, развитием метода познания, логических принципов мышления вооружать партию, трудовой народ правильным подходом к решению возникающих вопросов.

Сформулировав основополагающие принципы, методы, понятия, категории и основные законы философии диалектического материализма, К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин определили ее методологическую роль по отношению ко всем другим наукам и общественной практике. Они убедительно показали, что философия диалектического материализма оказывает положительное влияние на развитие других наук именно потому, что она сама представляет собой развивающуюся систему знаний. Творческий характер марксистско-ленинской философии, несовместимый с догматизмом и застоем мысли, полностью соответствует общему духу революционного развития современной науки. Упускать, что теория не догма, а руководство к действию, писал В. И. Ленин, значит подрывать коренное теоретическое основание марксизма - диалектику, значит подрывать "его связь с определенными практическими задачами эпохи, которые могут меняться при каждом новом повороте истории" (2, 20, 84).

Марксистская философия одинаково чужда и догматизму, и релятивизму. Только диалектика абсолютной и относительной истины адекватна процессу познания, в котором продвижение вперед сопровождается как сохранением и суммированием зерен абсолютной истины, так и отрицанием временного, относительного, преходящего отжившего свой век в науке и практике,-всего того, что вступает в противоречие с общественно-исторической, производственной деятельностью людей.

Философия всегда была составной частью культуры, но особое место в развитии мировой культуры ныне занимает философия диалектического материализма. Это прежде всего наука, в которой при помощи материалистического решения основного вопроса философии раскрывается содержание наиболее общих законов движения, развития природы, общества и человеческого мышления, это наука, которая указывает пути и средства не только познания, но и революционного преобразования действительности, это одновременно и фундамент научного мировоззрения и методология научного познания.

В отличие от всех других наук, стремящихся познать реальные явления такими, как они существуют сами по себе, философию интересуют не только эти явления как таковые, но и их взаимоотношение с познающим и преобразующим мир человеком (деятельностный аспект). Объектом исследования в философии является не предмет, как он дан в специальной науке, а способ, каким дан этот предмет. Для философского анализа социальная действительность- это не просто человек и мир, а определенное отношение человека к миру, его способ ориентации, способ осознания себя в мире. Такое понимание объекта философского знания непосредственно вытекает из основного вопроса философии, выдвигающего задачу анализа реальности в плане соотношения мышления и бытия, духа и природы, сознания и материи, задачу познания мира и человека в их взаимоотношении и неразрывной взаимосвязи под углом зрения раскрытия всего богатства и многообразия деятельностных - субъектно-объектных отношений.

Именно ориентированность на осмысление и изучение бытия и сознания, совокупности субъектно-объектных отношений и составляет специфическую черту, видовое отличие всех вопросов и сторон философской проблематики (если сравнивать ее с проблематикой и особенностями всех других отраслей научного познания). В этом плане становится понятным, почему подлинно научная марксистско-ленинская философия не может ограничиваться осмыслением и обобщающим анализом достижений только научного знания, почему она с необходимостью должна базироваться также на уроках человеческой истории в целом и отдельных сторонах общественного бытия и сознания, на принципах этики, эстетики и всей системы социально-гуманитарных ценностей, выработанных человечеством. Ведь все они помогают раскрыть какие-то стороны, грани, аспекты, моменты неисчерпаемой в своем многообразии совокупности отношений материи и сознания, объекта и субъекта деятельности. Включая в свой арсенал важнейшие элементы самых разных сфер проявления как интеллекта человека, так и мира его эмоций, философия издавна играет роль квинтэссенции всей духовной культуры общества.

Выражая специфичность философии как особой формы общественного сознания (не тождественной частным наукам), эта черта философского знания вместе с тем объясняет его имманентную связь с мировоззренческой проблематикой. Буквально все стороны мировосприятия отдельного человека и социальных общностей так или иначе определяются в своей основе различными субъектно-объектными отношениями: человек - природа, человек - общество, общество - природа, познание - предмет познания, познание - человек, общество - история и т. п. Вот почему философские взгляды в конечном итоге выступают ядром мировоззрения человека как сложной системы взглядов, ценностных установок, ориентиров, стимулов деятельности.

Различные аспекты социальной роли философии, вытекающие из ее своеобразия как особой формы общественного сознания, из ее органической связи с мировоззрением, идеологией, культурой, с этико-гуманистической и ценностной проблематикой, так или иначе влияют и на функции философии в системе научного знания.

В Программе партии определено значение диалектико-материалистической философии как всеобщей методологии научного познания и общественной практики. Уникальность роли философии в этом плане, ее качественное отличие от частных наук определяется прежде всего двумя принципиальными моментами. Во-первых, философия в отличие от любой частной науки имеет общие границы с каждой из них. Иными словами, нет и не может быть такой научной дисциплины, для которой не имело бы значения развитие философского знания, основных принципов, законов и категорий философии.

С другой стороны, вопрос об универсальности методологической роли философии в науке своими корнями уходит в сложную проблему взаимоотношения субъекта и объекта научного познания. Эта сторона дела непосредственно связана с отмеченной выше спецификой философского подхода к освоению мира - с осмыслением в философском знании различных аспектов субъектно-объектных отношений.

На этот, второй момент необходимо обратить особое внимание. Наука "стремится к созданию модели объекта, в которой бы полностью было элиминировано все превходящее от субъекта. Конечно, наука никогда не может достичь этого идеала, ибо, чем больше она углубляется в объект, тем более сложными становятся формы его отражения, абстрагирования и синтезирования... Противоречие состоит в том, что, стремясь показать объект полностью элиминированным от субъекта, наука в своем развитии вновь порождает проблему отношения субъективного к объективному. Каждый новый объект предполагает выработку новых форм его постижения. И тогда необходимо привлекать весь объем знаний, концентрируемый в принципах и категориях философии. Поэтому научное познание ... никогда не сможет обойтись без философии, ибо оно само на каждом новом этапе порождает проблему, связанную с философским способом постижения действительности. В этом плане философия является общей методологией науки и ее теоретическим самосознанием. Она - вне науки, а ее органическая составная часть и вместе с тем слагаемое" (168, 13 - 14).

Вся история поисков человеком истины - через множество неудач, заблуждений, зигзагов, обретений и новых блужданий- с объективной необходимостью вела к выработке единственно научной и до конца последовательной философии, философии диалектического материализма, ее системы законов и категорий, с ее внутренним единством объективной и субъективной диалектики. В свою очередь овладение учеными философией марксизма-ленинизма ускоряет их научный поиск, вооружает их знанием наиболее общих законов объективной действительности.

Философия марксизма-ленинизма развивается на основе изучения и обобщения достижений всех наук, общественно-исторической производственной деятельности людей. В этой связи классики марксизма-ленинизма обращали пристальное внимание на естествознание, тщательно изучали его результаты. Еще в 1863 г. в подготовительных работах к "Капиталу" К- Маркс писал, что естествознание образует основу всякого знания.

К. Маркс, Ф. Энгельс и В. И. Ленин дали нам образцы подлинно научного философского анализа современного им естествознания, прежде всего физики.

Современное, бурно развивающееся естествознание характеризуется поисками новых путей познания тайн природы, новых средств отражения противоречивых свойств материальных объектов, и это предъявляет новые требования как к философам-марксистам, так и к ученым-специалистам по частным наукам: изучать, обобщать Достижения этих наук и тем самым давать материалы для обогащения содержания диалектико-материалистической философии.

Квантовая механика, теория относительности, теория элементарных частиц, молекулярная биология и другие отрасли современного естествознания отобразили ранее не известные формы существования единства и взаимоисключения противоположностей в природе. Оказалось, что микрообъекты и поля обладают как волновыми, так и корпускулярными свойствами, представляют собой единство прерывности и непрерывности; абсолютное пространство Ньютона- только первое приближение в отображении свойств реального пространства, противоречивые свойства которого зависят от свойств движущейся материи. Элементарные частицы - это не метафизически неизменные "кирпичики материи", а сложные структурные образования, важнейшей характеристикой которых является взаимопревращаемость частиц друг в друга, квантов полей в частицы, а частиц в кванты соответствующих полей и т. д.

Крупнейшие ученые современности - Н. Бор, А. Эйнштейн, В. Гейзенберг и многие другие немало сделали для установления новых принципов частнонаучного исследования соответствующих духу революции в физике, возникшей на рубеже XIX и XX вв. Созданные ими теории с определенной степенью точности отображают действительность и по сути своей не только материалистичны, но в известной мере и диалектичны.

Подлинная наука всегда материалистична. Нет и не может быть идеалистической физики или биологии. Это не означает, однако, что мировоззрение ученого не имеет никакого значения для развития самой науки и для идеологической борьбы вокруг ее достижений.

Еще Ф. Энгельс убедительно показал, что естествоиспытатели не свободны от философских взглядов, господствующих в обществе, и что если они не стоят на позициях материалистической диалектики, то становятся жертвами идеализма, тормозящего дальнейшее развитие научных исследований. Ф. Энгельс писал: "Естествоиспытатели воображают, что они освобождаются от философии, когда игнорируют или бранят ее. Но так как они без мышления не могут двинуться ни на шаг... то в итоге они все-таки оказываются в подчинении у философии, но, к сожалению, по большей части самой скверной, и те, кто больше всех ругает философию, являются рабами как раз наихудших вульгаризированных остатков наихудших философских учений" (1, 20, 524-525).

Развитие современной физики и астрофизики с особой силой ставит вопросы, требующие глубокого диалектико-материалистического анализа: о пространстве и времени, о массе и энергии, о веществе и поле, о несотворимости и неуничтожимости движущейся материи и ее неисчерпаемости, о конечном и бесконечном, о моделях расширяющейся и "раздувающейся" Вселенной, о "Большом взрыве", о "черных дырах" и т. д. Все эти вопросы связаны с развитием материального мира, с познанием еще непознанного. Но для того, чтобы применение диалектического метода было успешным, необходимо глубокое знание специфики изучаемых явлений, что под силу прежде всего самим активным создателям новой физики и в этом, нам кажется, надо прежде всего видеть осуществление ленинского указания об укреплении союза философии и естествознания.

В И. Ленин писал, что марксисты должны следить за вопросами, которые выдвигает новейшая революция в области естествознания, без чего воинствующий материализм не может быть ни воинствующим, ни материализмом. Он подчеркивал, что без солидного философского обоснования никакие естественные науки, никакой материализм не может выдержать борьбы против натиска буржуазных идей и восстановления буржуазного миросозерцания. Чтобы выдержать эту борьбу и провести ее до конца с полным успехом, естественник должен быть современным материалистом, т. е. должен быть диалектическим материалистом.

Внимательное рассмотрение уже известных науке объектов и явлений в микро-, макро- и мегамирах показывает их связь и единство.

Правда, еще не решена сложнейшая задача теоретического объединения всех известных нам представлений о микро-, макро- и космологических объектах, о существующих взаимодействиях в единую научную картину развивающейся Вселенной. Приходится констатировать, что в настоящее время нет логически удовлетворительной и описывающей наблюдаемую Вселенную теории. Мы вынуждены ограничиваться поиском полуэмпирических закономерностей, которые остаются ненадежными, пока они не представлены как следствия фундаментальной теории. Такой фундаментальной теории элементарных частиц еще нет, как нет и релятивистской теории квант, квантовой теории гравитации и других физических теорий, потребность в которых особенно ощутима для понимания поведения и свойств материальных объектов.

Исходя из принципа материального единства мира, мы с уверенностью можем утверждать, что стремление к созданию общей физической теории развивающейся Вселенной лежит в русле важнейших задач, решаемых целым комплексом наук.

Различные модели структуры вещества и поля, пространства и времени, галактик, различных типов звезд, Вселенной (астрономической) в целом историчны, они отражают какие-то моменты вечного существования движущейся материи.

Метафизическая философия, механицизм с их застывшими категориями не отвечают современному бурному, противоречивому развитию науки. Отрицание раз и навсегда данной физической схемы и синтезирование исключающих друг друга теорий, отрицание неизменности физических объектов, признание связей, переходов, единства противоречивых тенденций приводит физиков, как это и предвидел В. И. Ленин, к диалектическому мышлению в "текучих", изменчивых категориях. Единственно научной и необходимой теорией Познания, соответствующей современной физике, как это показывают материалы самой науки, является теория познания диалектического материализма.

Нерешенные вопросы, трудности развивающейся науки, ее достижения сейчас, как и в начале XX в., пытаются использовать в своих интересах представители идеалистической философии и теологии.

Создавая "Материализм и эмпириокритицизм", В. И. Ленин поставил перед собой задачу не только раскритиковать многообразные течения современной ему буржуазной философии, но и отстоять диалектический материализм, развивая его основные положения. Задача этого ленинского труда состояла в том, чтобы раскрыть подлинную сущность так называемых "новейших" философских теорий, объявляющих себя "последним словом" науки XX в., а по существу, оказывающихся вариантами старых идеалистических и метафизических учений.

Революция в естествознании в конце XIX - начале XX в., вступление капитализма в стадию империализма породили "новые" школы и школки в буржуазной философии. Выявление гносеологических корней, теоретических и классовых источников этих "новых" течений и школ в буржуазной философии было и остается задачей, стоящей перед марксистскими философами, образцы решения которой показал В. И. Ленин.

В последние годы на Западе в философской и теологической литературе наблюдается растущее внимание к мировоззренческим вопросам, часто слышатся призывы к созданию мировоззрения, которое своим воздействием на массы могло бы эффективно способствовать стабилизации буржуазного общества.

Борьбу против научного, диалектико-материалистического мировоззрения возглавляет современный фидеизм. Эта борьба ведется прежде всего под флагом идеалистического, мистического истолкования достижений естествознания, в ходе которого теологи пытаются "навести мосты", конвергировать религию с наукой, подвергнуть критике марксистско-ленинское учение об истине.

Среди большого числа теологов, философов и отдельных естествоиспытателей, принимающих участие в этой борьбе, можно выделить, например, автора многочисленных публикаций декана Клэр - колледжа (Кембридж) биолога и теолога А. Р. Пикока. В своей книге "Творение и мир науки" (212) он призывает оснастить христианское богословие пониманием логики развития науки. Пикок старается затушевать принципиальное различие между мифом и научной истиной, которую он выдает за "работающую иллюзию". Он утверждает, что социальные науки разрушили и сбросили с пьедестала ходячее представление о научной объективности, а "пресловутая" научная истина, по его утверждению, приобрела чисто инструментальный характер. "Все эти унизительные эпитеты, которыми Пикок награждает научную истину, показывают только, насколько она во всей своей строгости, мощи и полноте ненавистна теологическому мышлению" (134, 64).

Попытки представить научные истины "работающими иллюзиями", дискредитировать понятие "объективная истина" были раскрыты еще В. И. Лениным, когда он писал: "Большего, чем объявления понятий естествознания "рабочими гипотезами", современный, культурный фидеизм ... не думает и требовать" (2, 18, 297).

Ныне эта тенденция выражается уже в прямой попытке превращения объективной истины в псевдопонятие, в разновидность верования, в гносеологический миф и направлена на усиление борьбы буржуазной философии и теологии против марксистского учения об истине.

Все более широкое распространение получает в капиталистическом мире так называемый тезис о параллелизме (ТП) между естествознанием и мистицизмом. Так, например, профессор Рестиво (США) пишет: "Тезис о существовании параллелизма между физикой и мистицизмом ... стал важным интеллектуальным течением на стыке науки и религии, богословия и мистицизма" (213).

В работах ряда ученых Запада можно прочитать, что все главные идеи современной науки уже присутствуют в философии Древнего Китая, что четыре с половиной тысячи лет назад советникам Желтого Императора были очевидны аргументы, к которым прибег А. Эйнштейн при создании теории относительности, что современную физику надо коррелировать и дополнять Ведами и т. д.

Объективная тенденция к единству в современном естествознании, так называемое "Великое объединение" в физике элементарных частиц, единство микро-, макро- и мегамиров и т. д., являющееся отражением материального единства мира, трактуется в работах ряда естествоиспытателей Запада мистически: в духе индуизма (единое как брахман), буддизма (дхармакайя), или идеалистически: в духе антропного принципа.

Несколько слов необходимо сказать об антропном принципе.

В современной физике, астрофизике и других фундаментальных науках исходя из открываемых связей, которые отражаются в мировых константах и так называемых больших числах, рядом буржуазных ученых делаются выводы о том, что в природе, очевидно, действует скрытый принцип, организующий Вселенную определенным образом, и что это не физический, а антропный (в конечном счете- духовный) принцип. Антропный принцип формулируется следующим образом: "Вселенная должна быть такой, чтобы в ней на некоторой стадии эволюции мог существовать наблюдатель". Этот принцип даже далекий от марксизма английский астрофизик П. Девис характеризует следующими словами: "Такая Вселенная обязана обладать свойствами, необходимыми для возникновения разума ... антропный принцип сродни традиционному религиозному объяснению мира: бог сотворил мир, чтобы люди населяли его" (51, 144).

Физика, как и все естествознание, играет важную роль в жизни общества, оказывает влияние на развитие техники; в то же время собственное развитие физики находится в прямой зависимости от потребностей общественного производства, уровня развития техники и мировоззрения ее созидателей.

Известный американский физик Ю. Швингер писал: "Уровень Науки в любое время характеризуется отношением к фундаментальным свойствам материи. Мировоззрение физика определяет уровень техники и культуру общества и указывает путь к дальнейшему прогрессу" (147. 1965. 86(4), 613).

Человек всегда находится во взаимодействии с окружающей природой. Она является объектом его познания. Развитие науки о природе, открытие закономерностей природы было связано с обобщением результатов практики. Хорошо известно, что общественная практика есть исходный пункт, цель и критерий человеческого познания.

Всякая наука сама по себе представляет прежде всего определенную систему идей, понятий, категорий и законов, которые более или менее адекватно отражают действительность, дают достоверные знания о существующем вне и независимо от познающего субъекта объективном мире.

Многие ведущие естествоиспытатели капиталистического мира проявляли и проявляют интерес к философии, но, к сожалению, не к философии диалектического материализма, а к Пифагору и Платону, пытаются создать собственные теории познания, которые часто представляют собой мешанину материалистических и идеалистических утверждений.

Недооценка значения диалектического материализма для современной науки и даже предубежденность против него со стороны ряда ученых капиталистического мира связаны с общественными условиями, в которых они живут, с обстановкой лжи и клеветы на коммунистические партии, на идеологию марксизма-ленинизма. В то же время они понимают, что предубеждение против материализма тормозит развитие науки. Известно, например, что в прошлом веке многие естествоиспытатели, в их числе Э. Мах и В. Оствальд, выступали против признания реальности существования атомов и молекул. А. Эйнштейн, критикуя за это Э. Маха и В. Оствальда, писал в своей "Творческой автобиографии": "Предубеждение этих ученых против атомной теории можно несомненно отнести за счет их позитивистской философской установки. Это - интересный пример того, как философские предубеждения мешают правильной интерпретации фактов даже ученым со смелым мышлением и с тонкой интуицией" (147. 1965. 86(3), 546).

Наука о природе идет по пути дальнейших обобщений, создания новых теорий, отображающих количественное и качественное многообразие материального мира с его внутренними противоречиями и "борьбой" различных взаимоисключающих противоположностей.

Как отмечал академик С. И. Вавилов, "творцам и активным поборникам новой физики, подобно герою мольеровской комедии, с удивлением узнавшему, что он говорит прозой, пришлось убедиться, что они стали говорить на языке диалектики, о которой они в большинстве случаев не имели никакого представления... Слово "диалектика" под подавляющим впечатлением перечисленных явлений, законов, понятий срывается теперь с языка у физиков, даже незнакомых или чуждых, а порой и враждебных ему" (19, 3, 75).

В системе естественных наук физика занимала и занимает сейчас особое место благодаря своей важной роли в развитии техники и философии. Именно в связи с этим В. И. Ленин, его последователи и ученики всегда уделяли и уделяют большое внимание вопросам развития физики, борьбе за чистоту ее методологических основ.

Физика глубоко проникла в тайны природы, открыла внутреннее строение атома и поставила на службу человечеству огромные запасы внутриядерной энергии. Создав сверхмощные ускорители заряженных частиц, ученые сейчас изучают их сложное строение, пытаются охватить единой теорией все многообразие физических взаимодействий.

Современная физика характеризуется растущей абстрактностью своих теорий, их дальнейшей математизацией, создающей у некоторых физиков и математиков иллюзию того, что это свидетельствует об априорной или конвенциональной природе нашего знания.

Так, например, американский историк математики Э. Белл заявляет, что "вплоть до абстрактной алгебры и смелых творений Лобачевского и Больяи может быть непосредственно прослежена распространенная оценка математики как произвольного творения математиков. Таким же образом, как романист изобретает характеры, диалоги и положения, для которых он является одновременно и автором и хозяином, так и математик сочиняет по произволу постулаты, на которых он базирует свои математические системы" (179,330).

В работах ряда советских математиков и философов (А. Н. Колмогорова, С. А. Яновской, Б. В. Гнеденко, К. А. Рыбникова, Г. И. Рузавина, Н. А. Киселевой, Б. В. Бирюкова, А. Н. Нысанбаева, В. Я. Перминова и др.) глубоко и всесторонне были исследованы вопросы, связанные с ролью математики в познании действительности. Наши ученые с позиций диалектического материализма вели и ведут . непримиримую идейную борьбу против разнообразных попыток идеалистов исказить материалистическое содержание математики, ее возрастающую роль в современной физике и других науках.

Содержание математики как науки было отчетливо определено еще Ф. Энгельсом: "Чистая математика имеет своим объектом пространственные формы и количественные отношения действительного мира, стало быть - весьма реальный материал. Тот факт, что этот м материал принимает чрезвычайно абстрактную форму, может лишь слабо затушевать его происхождение из внешнего мира. Но чтобы быть в состоянии исследовать эти формы и отношения в чистом виде, необходимо совершенно отделить их от их содержания, оставить это последнее в стороне как нечто безразличное..." (1, 20, 37).

Математика, так же как и другие науки, в конечном счете изучает реальный мир. Поэтому результаты математических теорий находят неограниченное использование в практической деятельности и позволяют правильно отражать закономерности материального мира. Ф. Энгельс писал, что законы, абстрагированные от реального мира, на известной ступени развития отрываются от последнего, противопоставляются ему как нечто самостоятельное, как явившиеся извне законы, с которыми мир должен сообразоваться. Так было и с математикой: чистая математика применяется к миру, будучи заимствованной из этого самого мира; но она выражает часть присущих ему форм и связей и только поэтому может вообще применяться.

Объектами изучения математики являются не сами предметы материального мира, а лишь абстракции геометрических форм этих предметов и количественные отношения между ними. Для математика в высшей степени безразлично, из какого материала, скажем, сделан шар и в каком состоянии его поверхность, так как формула объема шара не включает этих характеристик. Математика познает реальные формы и отношения действительности, отвлекаясь от их содержания. Вместе с тем формы и отношения, которые являются предметом математического анализа, не могут быть абсолютно безразличными к их содержанию; они специфическим образом связаны с ним. Таково коренное противоречие в самой сущности математики.

Постоянное разрешение этого противоречия и постоянное проявление, восстановление его вновь на ступенях все большего приближения познания к действительности и составляет сущность развития познания количественных отношений действительности, сущность все более адекватного отражения количественных свойств реального мира математическими абстракциями.

Известный математик Ж. Фурье правильно утверждал: "Пристальное и глубокое изучение природы есть источник самых плодотворных открытий в математике. Это изучение, ставя ей определенную цель, не только устраняет неясные вопросы и бесцельные вычисления, но и служит верным средством для развития самого анализа" (79, 85).

Диалектический характер отражения действительности в математических абстракциях раскрывает сложность самого процесса познания, их объективное содержание.

Для идеалистического истолкования математики характерно именно отрицание объективного содержания математических абстракций, стремление представить понятия математики как произвольные конструкции человеческого разума (или интуиции), как априорные, независимые от действительности и от человеческого опыта построения. Так, например, создатель теории трансфинитных чисел Г. Кантор говорил: "...математика при развитии своих идей должна считаться единственно лишь с имманентной реальностью своих понятий... Сущность математики заключается именно, ее свободе" (106, 31-32). Свобода математики относительна. Известный французский математик Анри Пуанкаре писал: "... то, что мы называем объективной реальностью, в конечном анализе есть то, что обще нескольким мыслящим существам и могло бы быть обще всем; этой общей стороной, как мы увидим, может быть только гармония, выражающаяся математическими законами.

Следовательно, эта-то гармония и есть единственная объективная реальность, единственная истина, которой мы можем достигнуть" (125, 9-10). Таким образом, А. Пуанкаре дает повод так трактовать его высказывание, будто бы он видит ценность научных теорий не в том, насколько глубоко и правильно отображают они реальную действительность, а в том, насколько они удобны. Такой ход мыслей Пуанкаре привел его к агностическим выводам: "... не только наука не может открыть нам природу вещей; ничто не в силах открыть нам ее" (125, 187).

Реакционнейшая идеалистическая философия ухватилась за высказывания А. Пуанкаре. Подвергнув обстоятельной критике его воззрения, В. И. Ленин писал: "Что автор такого рассуждения может быть крупным физиком, это допустимо. Но совершенно бесспорно, что брать его всерьез, как философа, могут только Ворошиловы-Юшкевичи" (2, 18, 309).

Субъективизм в понимании математического аппарата, его соотношения с физической теорией характерен и для одной из наиболее утонченных форм позитивизма - операционализма. Основоположник этого направления известный американский физик П. Бриджмен заявлял: "В общем, под любым понятием мы не подразумеваем ничего больше, как ряд операций: понятие синонимично с соответствующим рядом операций" (182, 5).

Исходя из этого операционалисты приходят к выводу: вводить понятие в науку можно только через описание операции измерения, хотя бы лишь мысленной. Но поскольку операционализм утверждает, что собственное понятие дается не в терминах свойств этого понятия, а в терминах актуальных операций, то естественно, что он считает понятия, не тождественные с какой-либо операцией измерения, лишь бессмысленным "фетишем". Так, объявляется "фетишем", например, понятие материи.

Гносеологическая сущность современного "математического" идеализма есть не что иное, как стремление разорвать внутреннюю связь математических абстракций с отображаемыми ими предметами и процессами действительного мира. К этому приводит, как указывал В. И. Ленин, незнание диалектики, непонимание сложности процесса отражения, поверхностное представление о связи математики с объективной действительностью, игнорирование роли общественной практики как основы познания и как критерия истинности математических теорий.

Для иллюстрации вышесказанного сошлемся на статью видного американского физика-теоретика Е. Вигнера "Непостижимая эффективность математики в естественных науках" (147.1968.94(3), 535).

В этой публикации Е. Вигнер с настойчивостью, достойной лучшего применения, утверждает, что удивительными и непостижимыми являются возможность познания и существование науки. Ссылаясь на Э. Шредингера, он говорит, что "чудом является уже то, что, несмотря на всю сложность мира, можно все-таки открывать определенные закономерности событий". Он утверждает, что "невероятная эффективность математики в естественных науках есть нечто граничащее с мистикой, ибо никакого рационального объяснения этому факту нет". Математика, по его определению, "является наукой изощренного манипулирования понятиями и правилами, придуманными как раз для этой цели". Игнорирование или непонимание реальной связи между человеческим познанием, наукой (такой ее отраслью, как математика) и объективной действительностью приводит его к пессимистическим выводам о невозможности познать, постигнуть сущность процесса мышления. Е. Вигнер, как и некоторые другие ученые, путается в понимании диалектики объективной, абсолютной и относительной истины, метафизически отрывает их друг от друга и противопоставляет одну другой. Вследствие этого из их поля зрения выпадает то, что именно объективность законов природы и возможность их познания лежит в основе науки.

В то же время ряд крупных физиков стремится найти объективную основу математических обобщений, дать материалистическую интерпретацию понятиям и выводам математики.

С критикой идеалистического истолкования математики выступают крупные советские математики и философы, ученые стран социалистического содружества и передовые ученые капиталистического мира.

Математика помогает современной физике создать более точную научную картину мира, объяснить полученные результаты, способствует целенаправленной постановке экспериментов, поэтому математическая форма выражения законов в современной физике является наиболее плодотворной. Тем не менее в физике, как и в естественных науках вообще, математика в известном смысле играет подсобную роль, ибо она не может выразить всего качественного разнообразия связей действительности. Анализ своеобразия данного (физического, химического, биологического и т. п.) процесса дает лишь качественный метод той науки, которая изучает этот процесс. В то же время, выражая общее, методы математики, не претендуя на раскрытие особенного в существе этих процессов, оказывают огромную помощь в познании. При изучении все более усложняющихся систем роль математических методов различна, ибо чем выше форма движения, изучаемая данной наукой, тем больше удельный вес ее специфического метода, способного раскрыть differentia specifica объективных процессов, т. е. вместе с возрастанием математизации знания растет и роль качественных оценок, присущих данной отрасли науки.

Какие же методы наиболее широко применяются в современной у физике? Прежде всего необходимо отметить метод математической Аналогии, отражающей материальное единство мира, метод математической гипотезы, а также метод математического моделирования сложных систем. С развитием физики математические методы переросли рамки лишь подсобного инструмента для описания и стали средством построения физических теорий.

Для выражения количественных отношений и качественных характеристик, присущих новым физическим закономерностям, требуется дальнейшее развитие математического аппарата. Проникновение в сущность процессов объективного мира приводит к открытию новых количественных соотношений между физическими величинами, что открывает новые области математического исследования и способствует все более адекватному отражению сущности и количественных отношений и качественных свойств объектов математикой. В результате роль математики для изучения физических закономерностей возрастает, а границы применения математики в физике расширяются.

Математика не только дает физике более точный язык для выражения уже приобретенных знаний, представляя абстрактно-всеобщие характеристики, но и позволяет предвидеть существование ранее неизвестных характеристик материальных процессов. Это происходит именно потому, что математика обладает относительной самостоятельностью по отношению к физике. Применение ее может вызвать к жизни новые понятия, физическая интерпретация которых будит мысль ученых, способствует открытию новых явлений природы.

Относительная самостоятельность математики часто проявляется в разработке такого математического аппарата, который длительное время не находит себе применения. Так, например, случилось с теорией групп. Любопытно, что в 1910 г. известный физик Джеймс Джине при пересмотре программы по математике в Принстонском университете сказал: "Вполне можно выбросить теорию групп; этот предмет никогда не найдет применения в физике" (147.1965. 85(2), 351). Но, как теперь хорошо известно, в современной теоретической физике теория групп занимает одно из центральных мест и, по выражению крупнейшего американского физика-теоретика Ф. Дайсона, "в настоящее время царит в мыслях тех, кто занимается исследованием фундаментальных частиц..." (147.1965., 85(2)). Математика является орудием в поисках нового. Так, например, целый ряд открытий в физике элементарных частиц был предсказан физиками-теоретиками на основе методов математической физики.

Единство количественных и качественных определенностей, присущих предметам и процессам объективного мира и находящих все более полное отражение в математическом аппарате современной физики, является одной из основ ее выдающихся успехов в познании законов природы.

Характерной чертой современной математики является ее тесная связь с логикой, что находит свое выражение в существовании особой науки - математической логики, роль которой с развитием кибернетики, информатики и вычислительной техники неуклонно возрастает.

Для физика вид полученной формулы многое говорит о сущности процесса. Являясь функцией физических величин, описывающих процесс, формула дает возможность предсказать его развитие. Но при выводе формулы часто делается ряд допущений, что ограничивает круг задач и область параметров. Иногда начальные уравнения бывают так сложны и громоздки, что можно рассмотреть только предельные случаи или задача не решается совсем. Здесь на помощь приходят численные методы, которые получают все большее развитие в связи с применением быстродействующих электронных счетных машин. Сами численные методы нагляднее и естественнее, чем абстрактные математические преобразования. Они сводятся к выполнению определенных простых арифметических и логических операций и поэтому очень удобны для программирования, а значит, для применения счетно-решающих устройств. Эти машины дают возможность не только решать задачи, но и исследовать их.

Усиление математизации современной физики является, бесспорно, крупным успехом естествознания. Но, как учил Ленин, преувеличение роли абстракций, ведущее к тем или иным идеалистическим выводам, иногда бывает связано с извращенным пониманием роли математики в физике. При незнании материалистической диалектики "математизация" физики явилась одной из причин появления "физического" идеализма. Показывая, каким образом используют идеалисты математизацию физики, В. И. Ленин писал: "Для махистов то обстоятельство, что эти физики (Максвелл и Герц. - В. Г.) ограничивают свою теорию системой уравнений, есть опровержение материализма: уравнения - и все тут, никакой материи, никакой объективной реальности, одни символы" (2, 18, 316). Диалектический материализм позволяет определить роль математических абстракций, роль математики в познании объективной действительности, устанавливает правильное соотношение между эмпирической и теоретической ступенями в познании.

Человек силой своего разума и трудом своих рук открыл уже многие законы природы, и нет предела в его познании еще непознанного. Задача состоит в том, чтобы совершенствовать не только аппаратуру, технику эксперимента, но и разрабатывать дальше научную теорию познания - ленинскую теорию отражения. Человеческое мышление по своей природе в принципе способно дать нам абсолютную истину, которая складывается из суммы истин относительных.

Физика приступила к познанию таких областей природы (микромир и космос), с которыми человек непосредственно не взаимодействует. Для их познания необходимо абстрагироваться от наших обычных представлений уже хотя бы потому, что даже временные масштабы в этих областях практически либо бесконечно малы (10-23 с), либо бесконечно велики (миллиарды световых лет) по сравнению с человеческой жизнью. Надо вырабатывать новые понятия, которые должны отобразить "диковинную", необычную сущность законов микромира и космоса, надо более адекватно отражать в диалектике понятий объективную диалектику материального мира.

Овладение материалистической диалектикой стало жизненной необходимостью для успешного развития науки, для практического преобразования действительности. Это еще далеко не всеми учеными осознано, но такое осознание неизбежно и чем полнее и сознательнее будет применяться в науке все богатство материалистической диалектики, развивающейся и обогащающейся на основе общественно-исторической, революционно-преобразующей практики, достижений частных наук, тем более значительными будут успехи всех наук, а отдельные ученые будут избавлены от тех ошибок и заблуждений, которые порождены метафизическим подходом к явлениям действительности.

Широкий синтез научных знаний требует от ученых глубокого осмысления процессов становления новых теорий и причин ограниченности старых. А это требует от ученого философского осмысления результатов своей деятельности. Эта объективная тенденция была подмечена еще В. И. Лениным, когда он писал, что "естествознание прогрессирует так быстро, переживает период такой глубокой революционной ломки во всех областях, что без философских выводов естествознанию не обойтись ни в коем случае" (2, 45, 31).

Научность марксистской методологии доказывается практикой. Руководствуясь основными принципами марксистской философии, ученые делают не только правильные обобщения, но и могут предвидеть ход событий, правильно ориентировать дальнейший научный поиск. Так, например, о "неисчерпаемости" электрона В. И. Ленин писал еще в 1908 г., когда даже не все физики признавали его реальное существование. Между тем весь ход дальнейшего развития естествознания убеждает нас в бесконечной сложности свойств не только электрона, но и всех элементарных частиц, поэтому сам термин "элементарность" можно употреблять только условно, в том смысле, что частица при определенных взаимодействиях выступает как неделимое целое. Но частица является сложной не в отношении возможностей механической делимости, а в отношении обнаружения множества качеств, свойств, способностей к различного рода превращениям.

Другим примером предвидения путей дальнейшего развития научного познания является выдвинутая В. И. Лениным гипотеза о том, что в отражении, характерном для неживой природы, и в отражении в живой природе существуют общие черты, некоторое сходство, которые в свою очередь не исключают качественного отличия и специфики. Гипотеза, выдвинутая В. И. Лениным, в настоящее время получила свое всестороннее экспериментальное подтверждение и превратилась в одно из ведущих теоретических положений кибернетики. Все это и многое другое свидетельствует о том, что материалистическая диалектика представляет собой наиболее совершенную в научном отношении теорию и логику научного познания.

Каждая наука создает свои правила движения мысли к новым результатам, как справедливо подчеркивают П. В. Копнин и М. В. Попович. Однако для понимания логики той или иной частной науки, или, другими словами, этой науки как прикладной логики1, решающее значение имеет знание логики человеческого мышления вообще, взятого безотносительно к его предмету. "Анализ мышления как формы постижения объекта всегда составлял важнейшую задачу философии, накопившей большой опыт в решении данной проблемы, мимо которого не может пройти ни одна наука, пытающаяся осознать себя как логику" (84, 72).

1 (В. И. Ленин обратил внимание на положение Гегеля о науке как прикладной логике, поскольку она состоит в том, чтобы облекать свой предмет в различные формы мысли. )

Но продолжает ли развитие естественных наук идти путем, соответствующим законам и категориям диалектики, или, может быть, более адекватным методом развития современного естествознания стала математическая логика или какая-либо другая система, а диалектика уже устарела?

Осмысливая полученные результаты, ученый любой специальности часто неосознанно ставит перед собой вопрос об отношении содержания понятий, теорий его отрасли знания к объективной реальности. И хотя он может искренне верить в то, что не занимается философией, фактически вышеприведенный вопрос носит сугубо философский характер, а ответ на него необходим для развития любой отрасли знания.

Отдельные физики и философы капиталистического мира считают, что они поднимаются над материализмом и идеализмом, что они выше их "ограниченности", что они вне партий в философии. Так, например, известный швейцарский физик В. Паули в своем выступлении на международном симпозиуме в Цюрихе говорил: "Для ориентации философов я мог бы отметить, что не принадлежу ни к какому определенному философскому направлению, носящему одно из оканчивающихся на "измы" наименований... Скорее моя общая тенденция - придерживаться определенной середины между крайними направлениями" (184. 1957. 1-2,36).

Поставив перед собой эту эклектическую цель, В. Паули действительно ее осуществил, совершая постоянные колебания между материализмом и идеализмом. В принципе, как известно, существует только два ответа на основной вопрос философии: 1) в теориях и понятиях любой науки дано отражение объективной реальности, ее свойств и закономерностей; 2) теории и понятия являются независимыми от действительности свободными творениями разума. Третьего ответа не существует, а многочисленные попытки дать его всегда оказывались несостоятельными и использовались во вред науке. Это особенно убедительно показал В. И. Ленин в своей работе "Материализм и эмпириокритицизм".

Выдающиеся достижения современной физики связаны с именами А. Эйнштейна, Н. Бора, М. Борна, В. Гейзенберга, П. Дирака, В. Паули, Э. Шредингера, Луи де Бройля, А. Салама, М. Гелл-Манна и многих других известных ученых Запада. Анализ их научного наследия показывает, что какие бы философские суждения они ни высказывали, созданные ими теории по своему существу материалистичны и даже диалектичны.

Можно вполне согласиться с академиком В. А. Фоком в том, что "общее впечатление от всех работ Бора, начиная с самых первых,- их глубокая диалектичность. Бор не смущается противоречиями, возникающими тогда, когда к существенно новым явлениям природы подходят с точки зрения старых понятий и старых взглядов, а ищет разрешения противоречий в новых идеях. Эта диалектичность вполне сознательная: Бор мне говорил, что он еще в молодости изучал диалектику и всегда ее высоко ставил" (160, 519).

Однако Н. Бор не был диалектическим материалистом, и там, где он выходил за рамки физики, он нередко высказывал взгляды, которые с восторгом принимали на вооружение идеалисты. Вспомним, например, его попытки применить принцип дополнительности, заимствованный из физики, к объяснению явлений общественной жизни.

Мы живем в целостном, едином, но противоречивом мире, решая главную задачу сохранить человечество при наличии противоречия между капитализмом и социализмом. Ученый, живя в обществе, не может стоять в стороне от этой борьбы. Как бы он ни клялся, что занимается только "чистой" наукой, а не философией и тем более политикой, он, в силу объективных законов общественного развития, связан с одной из борющихся сторон.

Ускорение социально-экономического развития нашей страны на основе достижений научно-технического прогресса требует внедрения достижений науки в практику, а это предъявляет повышенные требования ко всем специалистам, в том числе и к физикам. Сейчас как никогда необходимо дальнейшее укрепление творческого союза естествознания и марксистско-ленинской философии. Это одна из важнейших задач, стоящих перед советскими учеными. Необходимо повысить действенность, результативность теоретических конференций, симпозиумов, работы философских (методологических) семинаров, всесоюзных совещаний по философским вопросам современного естествознания, научных публикаций, в которых принимают участие естествоиспытатели и философы, - надо, чтобы они стали нормой в жизни нашей научной общественности.

предыдущая главасодержаниеследующая глава










© Злыгостев Алексей Сергеевич, подборка материалов, оцифровка, статьи, оформление, разработка ПО 2001-2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник:
http://physiclib.ru/ 'Библиотека по физике'

Рейтинг@Mail.ru